Комитет государственной безопасности Республики Беларусь
Комитет государственной безопасности Республики Беларусь

Партизан первого часа

5 мая 2015
"СБ" представляет малоизвестные страницы биографии Героя Советского Союза Василия Коржа

Боевой товарищ Василия Захаровича еще по Испании, один из создателей советского спецназа полковник Илья Старинов в беседе со мной как-то заметил: "Вы не представляете себе всей глубины и масштаба личности этого человека! Когда мы говорим о трагическом июне 1941 года, то обычно вспоминаем таких организаторов партизанской борьбы и специальных операций на территории Белоруссии, как Орловский, Ваупшасов, Рабцевич, Озмитель, Неклюдов, и многих других. И это верно. Но если за спиной перечисленных мной чекистов стояли страна и могучее ведомство, то за спиной Коржа в тот критический момент никого, кроме его земляков, не было! Почувствуйте разницу!.."

Подготовку к войне... прекратить!

Где были истоки партизанского опыта и оперативно-боевого мастерства будущего командира Пинского партизанского соединения?

18 февраля 1925 года Ф.Э.Дзержинский представил руководству СССР проект постановления об активной разведке, где предлагалось создавать на случай войны на советской территории строго законспирированные небольшие группы с необходимым вооружением, чтобы в случае захвата ее агрессором поднять партизанскую войну и дезорганизовать тыл противника. В последующем эта работа по линии ОГПУ СССР и ГПУ БССР приняла систематический, плановый характер. Наиболее интенсивно она осуществлялась на территории Белоруссии до 1937 года. Это был некий прообраз того, что ныне определяется как территориальная оборона.

Из автобиографии Коржа: "...С мая 1926 года по ноябрь 1929-го, будучи на должности председателя колхоза, я одновременно состоял на спецучете и вел большую специальную подготовительную работу, каждый год проходил военную спецподготовку... С 15 мая 1931 года меня отозвали на постоянную работу в НКВД по специальной работе, я секретно числился командиром партизанского отряда с постоянным жительством в Слуцке..."

В 1931 году после окончания спецкурсов ОГПУ Корж стал руководителем целого партизанского направления. В целях конспирации для всех он являлся инструктором Осоавиахима и в его ведении находились 6 пограничных районов.

Период 1925 - 1937 годов был определен военно-политическим руководством СССР как подготовка к партизанской войне на своей территории против иностранных агрессоров. Вся эта работа теснейшим образом увязывалась с действиями Красной Армии. Наряду с возможной организацией разведывательной и контрразведывательной работы с баз партизанских отрядов и подпольных структур предусматривалось создание тщательно законспирированной сети диверсионных групп и диверсантов-одиночек в городах и на железных дорогах, формирование и всесторонняя подготовка маневренных партизанских отрядов и групп, способных действовать на незнакомой местности...

Однако возобладавшая во второй половине 1930-х годов оторванная от реалий теория войны "малой кровью на территории агрессора" сыграла свою негативную роль в начале Великой Отечественной войны. Специальная работа по организации всех видов разведки, диверсионной деятельности и в конечном итоге партизанской борьбы, проводившаяся в предвоенный период по линии Спецбюро НКВД, была свернута: ликвидированы закладки (НЗ) материально-технических средств, вооружения, базы сил разведки и контрразведки, репрессировано много спецрезервистов, литература "врагов народа" уничтожена, а учебные центры закрыты.

А ведь заранее подготовленные партизанские отряды в сжатые сроки должны были конспиративно формироваться в случае угрозы вторжения агрессора. По линии Спецбюро НКВД их было шесть - Минский, Борисовский, Слуцкий, Бобруйский, Мозырский, Полоцкий. Численность каждого должна была составлять от 300 до 500 партизан. Весь личный состав был обучен методам партизанских действий в специальных закрытых школах (легендированных под сборы пожарных, лесников, землеустроителей и т.д.). В военное время Василий Захарович Корж должен был возглавить один из таких партизанских отрядов - Слуцкий... Не довелось, к сожалению.

Из автобиографии Коржа: "С ноября 1936-го по декабрь 1937 года находился в командировке в Испании. В 1938 г. в Москве проходил подготовку для поездки в Китай - изучал языки и т.д."

Однако в 1938 году, когда Корж ненадолго приехал в Слуцк, последовал его арест "по разнарядке" местными органами НКВД. Полтора месяца провел Василий Захарович в тюремной камере. При Л.Берии  был освобожден.

И как же позже не нравились тем, кто привык "отклоняться вместе с линией партии", горькие слова Коржа, сказанные им в Пинске буквально накануне войны: "Меня сильно терзало то спокойствие, которое проявлялось среди многих наших работников. Мы почему-то скрывали от народа правду. А народ видел и предвидел лучше многих руководителей..."

Нытики и маловеры


Когда грянуло памятное раннее утро 22 июня 1941 года, Василий Корж не стал ждать "указаний сверху". Оценив ситуацию, сразу заявил: "Эта война надолго! Надо организовывать партизанские отряды!" И взялся за дело, не оглядываясь на разного рода перестраховщиков, обвинявших его в "пораженчестве".  Корж начал первым.

Говоря в отчете 1942 года о сложностях начального организационного периода, Корж с сожалением отмечал: "25 июля 1941 года мой заместитель т. Березин поставил вопрос, чтобы уходить за фронт, к нему подобралось еще человек 18 нытиков, маловеров, испугавшихся трудностей. Мой запрет и доказательства, что этого нельзя делать, оказались бессильными потому, что там, где наш отряд проходил, никаких партизанских групп и отрядов не было, а те, которые и находились, все ушли за фронт... 26 июля 1941 года 19 человек во главе с Березиным ушли за фронт, остались более честные и преданные патриоты нашей Родины".

А до этого, 28 июня 1941 года, регулярный отряд Коржа (псевдоним Комаров) первым в истории партизанского движения в Белоруссии оперативно, тактически грамотно вступил в бой с нацистскими оккупантами на дороге Логишин - Пинск, одержав в нем победу и нанеся врагу ощутимые потери, захватив при этом важные трофеи и первых пленных из 293-й дивизии вермахта.

Наряду с партизанами В.З.Коржа в числе первых на территории Белоруссии начали действовать партизанские отряды во главе с командирами, имевшими относительную военную и специальную подготовку, а также боевой опыт, - Батьки Миная (М.Ф.Шмырева), "Родина" (Витебская область), А.И.Далидовича (Минская область) и другие.

6 августа 1941 года Т.П.Бумажкову и Ф.И.Павловскому - первым из белорусских партизан было присвоено звание Героя Советского Союза. Василий Захарович Корж получил это высокое звание в отличие от некоторых партийных вождей последним - 15 августа 1944 года. Уже после освобождения Белоруссии.

"А мундиры-то у нас - одинаковые..."

Предшествовали заслуженной награде весьма нелицеприятные дела, связанные с подпольным обкомом, который возглавлял В.И.Козлов. Об этом в своем отчете за 1941 - 1942 годы Василий Захарович умолчать не мог: "Хочу привести один из упущенных мною разговоров с т.Козловым. При встрече и разговоре я ему советовал: "...тебе не находиться в отряде нельзя, и вы делаете большую глупость, что скрываетесь от отряда, то есть, по-вашему, "конспирируетесь". Тебе надо стать комиссаром отряда и раздувать партизанские дела". Я ему советовал это от души, так как у меня на это богатый опыт. Он моим советом пренебрег, посчитал, что он "большой" человек и ему указывать и советовать нельзя. И что же они после этого сделали?

Когда уже нас стало два отряда, расположенных недалеко друг от друга, и была теснейшая связь между нами, больше начали контролировать деревень, они делают вторую глупость - удаляются от партизан на 25 километров, забираются в болото около Князь-озера и там начинают завязывать неумело связь с населением, подбирать себе актив, который впоследствии почти весь оказался на службе у немцев в качестве полицейских. И этот актив во главе с бандитом - предателем Тарасом (бывший кандидат в партию) - напал на "семерку" Козлова, тогда же был ранен Бондаренко, а остальным еле удалось унести ноги в Любанский район.

При нашей операции от 12 ноября (1941 года) весь этот "актив", который оказался самыми заядлыми полицейскими, был нами расстрелян во главе с бандитом Тарасом из деревни Осово..."

В начале Великой Отечественной войны катастрофически не хватало оружия, боеприпасов. Вспоминая мероприятия Спецбюро НКВД, Василий Захарович неоднократно вместе с партизанами отправлялся искать прежние базы НЗ в лесах вдоль прежней границы по реке Случь. Тщетно! Все было бессмысленно и тупо "изничтожено" еще четыре года назад...

А война шла жесточайшая - не на жизнь, а на смерть. И в боевых условиях Корж и его партизаны действовали внезапно, дерзко и стремительно. Ведь Комаров был незаурядным партизанским стратегом, великолепным мастером скоротечного ближнего партизанского боя. Он умел вести крупномасштабные боевые операции, создавая иллюзию массированных атак из самых разных мест.

Сильной его стороной являлись также постоянная информационно-пропагандистская работа среди местного населения, опора на него, мероприятия по разложению созданных оккупантами карательных, полицейских формирований и спасению местных жителей от уничтожения или же принудительного угона в германское рабство.

Василий Захарович не раз возвращался к вопросам тактики борьбы с врагом, к тому, о чем он спорил с Ковпаком, Вершигорой и другими командирами. Он переживал, если кто-то в своих послевоенных мемуарах врал, искажал факты, преувеличивал свою роль. Корж сделал ряд справедливых и жестких замечаний к книге В.И.Козлова "Люди особого склада". Корж прямо высказал то, что реально знал, и А.Е.Клещеву: "...Привожу тебе напоследок, Алексей Ефимович, слова великого полководца А.В.Суворова, любимого всеми его подчиненными за справедливую борьбу за свое Отечество и гуманное отношение к простому солдату (за точность не ручаюсь, но, по сути, верно): "...Одни генералы родятся генералами, другие делаются... Первых видел я на передовых постах, в дыму пороха, со штыками и саблями, а последних перед кабинетами, полотерами на паркете. А мундиры-то у тех и у других одинаковые..."

И у нас с тобой, Алексей, мундиры одинаковые. Но я-то свой заслужил после долголетней борьбы с врагом за Советскую власть, после неоднократного выполнения боевых заданий... А вот ты за год пребывания (1943 - 1944) на "боевых позициях" в тыловой гостинице "Москва" "хорошо оформился" - генерал, герой, секретарь обкома. Правда, фрица живого, на мушке, по которому стрелять надо, Алексей Ефимович, ты по-настоящему так и не видел..."

"Товарищ" Линьков


Не выдержал Корж и когда прочитал книгу полковника ГРУ ГШ ВС СССР Г.М.Линькова "Война в тылу врага": "Тема книги нужная, полезная для советского читателя... Но общий ее недостаток в том, что автор во главу партизанского движения ставит только диверсионную работу. А ведь эта работа - только один из элементов партизанской борьбы. Вместе с тем автор явно недооценивает значение других элементов партизанской борьбы, как-то: разгром гарнизонов врага, создание освобожденных районов, защита населения от уничтожения, разграбления, от угона в немецкое рабство, срыв экономических мероприятий фашистов, систематическая массово-политическая работа среди населения оккупированных районов, отвоевывание этих районов у врага, отвлечение войск противника от действий на фронте, организация всенародной борьбы в тылу врага и т.п.

...Делая упор на диверсионную работу, Линьков забывает о других формах партизанской борьбы. Из книги видно, что он мало заботился о росте своего отряда. В то время как другие командиры - организаторы партизанского движения уже летом 1942 года сплотили вокруг себя сотни, тысячи бойцов, у Линькова к августу 1942 года было всего 120 партизан. Вместо открытой борьбы с гитлеровцами, вместо отвоевывания у них целых районов и удержания этих районов партизанами у Линькова появляется "сверхконспирация", что мы видим на страницах его книги. К чему понадобилась Линькову эта "сверхконспирация", если он подошел к Ленинскому району Пинской области тогда, когда 4/5 территории этого района уже были отвоеваны пинскими партизанами и немцами не контролировались?

Выпячивая диверсионную работу и забывая о других формах партизанской борьбы, Линьков делает серьезные ошибки и прямо-таки искажает роль "местных", как он называет, партизанских отрядов Белоруссии.

Он обвиняет пинских партизан в "оборончестве", "отсиживании", "местничестве", умалчивая их боевые дела. Из книги можно заключить, что только отряд "Бати", как отряд РУ ГШ РККА, был на высоте своего положения, остальные же отряды и соединения - "так себе".

Все в этих отрядах по Линькову плохо - и дисциплина, и то, что партизаны на день выходят в поля на работу, пашут, сеют, выставляют заставы, а в случае появления немцев снова уходят в лес... А кто бы стал тогда кормить отряд Линькова и его самого? Необходимо отметить, что отряд Линькова питался исключительно за счет местного населения. Ведь для того чтобы питаться за счет врага, необходимо было громить вражеские гарнизоны и имения и брать оттуда продовольственные трофеи (хлеб, скот), что и делали народные мстители Белоруссии. Отряд же Линькова этого не делал, что видно из книги, если исключить лишь 500 литров спирта, захваченного его группой...

Не избежал Линьков и самолюбования. Особенно это заметно там, где он пишет о своем прибытии в Брестскую область. Здесь Линьков мнит себя организатором партизанского движения Брестской области, а сам по договоренности с С.И.Сикорским забирает по своему выбору 300 лучших партизан из давно организованных партизанских отрядов. Много ли тут надо ума и организаторского таланта?

Он охаивает отряды вместе с их командирами и комиссарами и, что хуже всего, причину "расхлябанности" отрядов он ищет в том, что группа десантников-диверсантов, прибывшая из Москвы в конце 1941 года, "растворилась" в многотысячной массе народных мстителей и ее влияние стало незаметным. А вот прибыл тов. Линьков (он же Батя и полковник Льдов), расстрелял командира отряда Щенкова, и все пошло, как в сказке. По мановению волшебной палочки Линькова отряды стали расти и под его руководством враз, в один день, стали сверхбоевыми... Но ведь не расстрелы, а кропотливая воспитательная работа с партизанами, повседневное руководство Центром партизанским движением укрепляло отряды народных мстителей и повышало их боеспособность. Не слишком ли много берет на себя автор книги, он же герой произведения!"

Корж так никогда и не узнал, к счастью, какую разгромную "аттестацию" давал ему "товарищ" Линьков в своей шифровке-доносе на имя П.К.Пономаренко (хотя ему и не подчинялся) в конце 1942 года: "...Когда я познакомился ближе с его работой (Коржа), то убедился в том, что он не понимает основных положений приказа тов. Сталина о задачах партизанского движения. Массовое партизанское движение он понимает чисто механически. Он просто собирает массы из деревни в лес, и получается просто деревня, перенесенная на другое место. У него совершенно нет работы по превращению партизан в боеспособное подразделение, нет никакой борьбы за насаждение дисциплины. Если не считать Щорсовский отряд, полностью разложившийся из-за женщин, то отряд т. Коржа является самым слабым..." И далее, еще на двух страницах, "сигнализировал" Линьков об "антипартизанской деятельности" В.З.Коржа. Однако история в конечном итоге расставила все по своим местам...

Запоздалое покаяние

Негативным было отношение Коржа как к директивам идеолога "рельсовой войны" П.К.Пономаренко, так и к разного рода "социалистическим обязательствам" на сей счет ради дежурной галки в отчетах. Ибо основной пафос борьбы направлялся поначалу руководителем Центрального штаба партизанского движения непременно на уничтожение количества "штук рельсов", что поначалу не создавало оккупантам крупных проблем с восстановлением путей. Судя по архивным документам, Василий Захарович как практик в сфере разведывательно-диверсионных операций подобных "соцобязательств" на себя не брал, предпочитая организовывать уничтожение  эшелонов с живой силой и техникой врага. Этим комаровцы наносили оккупантам наиболее существенный урон...

К 1944 году из отряда Комарова в 60 человек выросло соединение в почти 15.000 бойцов. Под руководством Коржа партизаны наносили удары по немецким гарнизонам, действовали на коммуникациях оккупантов, искусно ведя разведывательную и контрразведывательную работу. В восьми районах Пинской области была восстановлена советская власть, и немцы не рисковали туда соваться. Почти полностью была парализована работа Днепровско-Бугского канала. Соединением Василия Захаровича Коржа за все время в боях уничтожено более 26.000 оккупантов, разгромлено 60 крупных германско-полицейских гарнизонов, пущено под откос 648 эшелонов с живой силой и техникой противника, уничтожено 770 автомашин, 86 танков и бронемашин. Вот что значило, когда действия партизан, разведывательные и контрразведывательные мероприятия в тылу противника не были оторваны от операций своих войск в целом, а, наоборот, увязаны с ними по целям, времени, месту и общим задачам.

Отгремели бои... Генерал-майор В.З.Корж, анализируя в ходе учебы в Академии Генерального штаба суровые уроки борьбы в тылу противника, с болью в сердце отмечал неподготовленность ряда командиров, бойцов РККА, оказавшихся на оккупированной нацистами территории, к ведению тактически грамотной вооруженной борьбы с врагом партизанскими методами в составе мелких разрозненных групп. Корж не желал повторения 1941 года. Выстраданные мысли и предложения он изложил в своем рапорте Иосифу Сталину. В те времена это был смелый, мужественный поступок. Корж, в частности, писал: "...В это тяжелое для партизан время, особенно 1941 года, когда нужны были люди, организаторы, руководители, командиры, специалисты, знающие свое партизанское дело, то, к большому сожалению, этих людей не было. Если и были кое-где партийные товарищи, которые были посланы после Ваших указаний для организации партизанского движения, то эти люди не были подготовлены к партизанской борьбе, они боялись своей тени, они не знали, куда им притулиться, откуда что начать, и зачастую в большинстве своем погибали, а то и совсем попрятались, никакой деятельности среди народа не ведя...

...Я глубоко убежден, что если бы та работа, которая проводилась нами до 1937 года в Спецбюро НКВД по подготовке партизанских кадров продолжалась до самой войны, то эти кадры и их вооружение сыграли бы решающую роль в развертывании всенародного партизанского движения..."

Соратник Коржа по партизанскому отряду Комарова, в будущем генерал госбезопасности, Э.Б.Нордман как-то задал бывшему начальнику ЦШПД П.К.Пономаренко вопрос, долгие годы терзавший партизан-комаровцев: "Почему в Центре к Коржу относились несправедливо?"

И Пантелеймон Кондратьевич ответил: "Знаю, что жить мне осталось недолго. Уношу в могилу свою вину перед Коржом. Если бы ты почитал, что писали в шифровках о нем известные тебе партийные товарищи... Выставляли чуть ли не анархистом, белорусским батькой Махно. Моя вина - поверил наветам высокопоставленных клеветников... Понадобилось время, чтобы разобраться, кто же такой Корж на самом деле. Он был законопослушным, но садиться себе на шею никому не позволял. Очень сожалею, что так поздно в этом разобрался. Увы, прошлое не вернуть и не исправить..."

Жаль, что этого покаяния Пономаренко так и не дождался еще при жизни Василий Захарович Корж...

Автор: Николай СМИРНОВ
Газета:  «Советская Белоруссия»
2 апреля 2009
Вы можете найти эту страницу по следующему адресу: http://kgb.by/ru/70letpobedy-ru/view/partizan-pervogo-chasa-83